Министерство юстиции и цифровых технологий Эстонии не согласилось предоставить предпринимателям информацию о том, проверяло ли Бюро по борьбе с отмыванием денег (RAB) их банковские счета, но теперь предприниматели требуют эти данные от министерства через суд.
В начале июля этого года, благодаря проверке, проведённой бюро канцлера права, стало известно, что через регистр исполнительного производства некоторые государственные учреждения получают доступ к выпискам по банковским счетам, хотя законы не дают для этого конкретного правового основания, пишет ERR.
Газета Postimees написала в пятницу, что у некоторых предпринимателей появилось желание узнать, проверялись ли их банковские счета.
Присяжный адвокат адвокатского бюро Triniti Тынис Лооритс сказал ERR, что запросы в Министерство юстиции и цифровых технологий о предоставлении информации были поданы уже 4 июля.
«Люди хотели получить информацию задним числом, были ли в отношении их расчётных счетов сделаны запросы или нет. В том числе я сам был одним из таких лиц, как и любой другой гражданин Эстонской Республики. Сбор, регистрация, проверка и выдача этих данных были обязанностью министерства», – пояснил Лооритс.
Министерство однако отказалось выдавать данные и предложило запрашивать информацию у тех учреждений, у которых была возможность посредством регистра исполнительного производства получать выписки по банковским счетам, то есть у КаПо, Департамента внешней разведки, Налогово-таможенного департамента и у Бюро по борьбе с отмыванием денег.
Лооритс сообщил, что министерству, судя по всему, дало основание для отказа основное положение регистра исполнительного производства, утверждённое министром 8 июля и вступившее в силу 13 июля, но такой отказ не является юридически обоснованным.
«Обязанности министерства вытекают из правового акта Европейского союза. Эти обязанности невозможно исключить или передать кому-либо другому посредством постановления министра, принятого задним числом, вступившего в силу и подлежащего исполнению. Это приведёт нас к правовому абсурду, при котором на уровне постановления министра теоретически можно задним числом исключить любые обязанности и ответственность государства перед своими гражданами», – пояснил присяжный адвокат.
По его словам, такой механизм позволяет ретроспективно узаконить нарушения всех прав человека и основных свобод, а также исключить ответственность нарушителей.
«К сожалению, право так не работает. От таких ситуаций нас защищает как Хартия Европейского союза об основных правах, так и Конституция Эстонской Республики», – добавил Лооритс.
Министерство юстиции не считает возможным предоставить информацию
Министерство юстиции видит ситуацию иначе. Советник министерства по коммуникациям Айвар Пау сказал ERR, что они должны исходить из общего постановления ЕС по защите данных (GDPR) и законодательства Эстонии, согласно которым, только ответственный обработчик персональных данных, то есть в данном случае учреждение, осуществившее банковские запросы, имеет право и обязанность предоставлять информацию о таких запросах.
Паy пояснил, что законы различают две роли: Министерство юстиции является ответственным обработчиком базы данных, отвечающим за законность управления базой данных и её техническое развитие, тогда как ответственными обработчиками персональных данных являются учреждения, которые через регистр исполнительных производств делали банковские запросы, такие как Бюро по борьбе с отмыванием денег (RAB), Департамент полиции и пограничной охраны, КаПо, Налогово-таможенный департамент, Департамент внешней разведки и судебные исполнители.
«Было бы невообразимо, если бы, например, по запросам, сделанным в рамках уголовных дел или дел Департамента внешней разведки, во время производств доступ получили бы рядовые служащие министерства, чтобы отвечать на запросы адвокатов или кого бы то ни было», – сказал Пау.
«Если человек хочет узнать, делало ли следственное учреждение запрос его данных в регистре исполнительного производства, то ответить на это может только конкретное следственное учреждение. У министерства нет и не должно быть подробной информации о причинах таких запросов и права на раскрытие такой информации», – добавил он.
Таким образом, если человек обращается в министерство с вопросом, касающимся запроса следственного учреждения, министерство переадресует этот запрос следственному учреждению для ответа.
«Обратившиеся в суд, по-видимому, хотят, чтобы на запросы, предполагающие доступ к персональным данным, отвечали не сами следственные органы, например, RAB, а оператор базы данных, то есть Министерство юстиции и цифровых технологий. Мы с этим не согласны. С точки зрения правового государства это было бы крайне опасно, поскольку сотрудники Суперминистерства должны были бы получить доступ к запросам, сделанным в рамках уголовных производств, а также к банковской тайне случайных лиц и компаний», – сказал Пау.
По оценке министерства, это породило бы совершенно неконтролируемый новый канал для перемещения банковской тайны и данных об уголовных производствах и вопросах безопасности, и непонятно, кому такой канал был бы выгоден.
«Деятельность каждого следственного органа, включая RAB, уже регулируется специальными законами, которые устанавливают, в каких случаях, когда и в каком объёме они могут раскрывать данные о производстве, то есть как на них распространяется услуга по надзору за данными», – добавил Пау.
Имена предпринимателей, обратившихся в суд, останутся в тайне
По словам Тыниса Лооритса, в суд обратились после того, как 18 июля поступил ответ из Министерства юстиции, из которого следовало, что министерство не намерено выполнять эти обязанности.
«На сегодняшний день суд принял к производству только отдельные жалобы, и производства находятся на очень ранней стадии предварительного рассмотрения. Министерство обязано ответить на жалобу(ы) не позднее 27 октября», – добавил присяжный адвокат.
Суд пояснил в постановлении от 27 августа о принятии жалобы к производству, что министерство как ответственный обработчик регистра исполнительного производства должно было самостоятельно собрать эти данные, проверить их достоверность и дать ответ подавшим жалобу.
«В случае, если какое-либо государственное учреждение, которому ответчик передал запрос заявителя для ответа, отказалось предоставить данные, ответчик должен был проверить законность этого отказа и затем подготовить окончательный ответ для заявителей», – указывается в постановлении суда.
Кто именно является этими предпринимателями, которых Лооритс представляет в суде, он не стал раскрывать, отметив лишь, что речь идёт о гражданах Эстонии.
Он подчеркнул, что RAB действует в рамках закона и общественного интереса, его цель не в том, чтобы вторгаться в чью-либо частную жизнь, а защищать общество от преступности.
Министерство финансов в четверг, 11 сентября, представило изменения в законодательстве, которые должны ограничить и уточнить права Налогового департамента и Бюро по борьбе с отмыванием денег, связанные с доступом к банковской тайне физических и юридических лиц через регистр исполнительного производства. До момента принятия закона доступ этих учреждений к регистру исполнительного производства ограничен.